Маленький гордый байкер

Сияющая металлическим блеском колонна катила по киевской набережной. На полосе противоположного направления движение перекрыли. А водителей — как нарочно — там было очень много: просто яблоку негде упасть. Они застыли в вынужденном ожидании и смотрели на байкеров, которые, сверкая крутизной, медленно ехали мимо них. Не торопились, чтобы толпа их получше рассмотрела.

Если и существует на свете живой пафос, то это именно он. На лицах всадников, обласканных взглядами всего города, читались величие и торжественная сила! А сколько же сексуальной энергии источали примерно три сотни крепких мужчин, вырядившихся по такому случаю во все причитающиеся байкерские цацки… Как роскошно выруливали они на своих навороченных конях!

Я сидела за спиной у одного из этих брызжущих гранёной легендарной мужественностью жестких парней. Красивый, сумрачный иностранец, прикативший на фестиваль, укутал меня своей огромной курткой, остановившись прямо на мосту Патона. Сделал он это, несмотря на мои возражения, когда, не получив ответа на вопрос «Не холодно ли?», просто потрогал мои заледеневшие пальцы, цеплявшиеся за его тело.

Отогревшись, крепко прижимаясь к спине кавалера, я уже действительно смогла по достоинству оценить те километры, которые он выжимал из своего железного зверя. Конечно, казалось, что я сейчас перелечу через его голову и растаю в моросящем майском дождике над Днепром, но было лишь ощущение полёта и, как ни странно, безопасности. Спокойной защищённости на скорости 180 км/час.

Среди тех, кто наблюдал за гарцующей стаей, был скромный паренёк лет двадцати. Его почти совсем разбитая колымага лишь условно напоминала мотоцикл. Неужели «это» ездило? Судя по расположению в третьем ряду на шоссе – была-таки на ходу.

Замызганная, потрёпанная одежда её обладателя облегала худое, тонкокостное тело. Ничем, кроме мерцающих бляшек, нашитых на явно отцовскую (судя по размеру) кожаную куртку, маленький Д’Артаньян похвастаться не мог. Но его гордая осанка и высоко поднятая голова выглядели внушительнее, чем десять пузанов на драгоценных харлеях. А еще трогательный, но уже такой подчеркнуто суровый взгляд. Как же он был мил, этот щенок!

И все эти дорогие, жутко манящие к себе птицы (современные байкеры – это не дешёвые бандиты, а развлекающиеся успешные бизнесмены), проезжавшие мимо, кивали ему. Спокойно, без высокомерия. А мальчик… Он отвечал им на равных. Без подобострастия или благодарности а-ля: «Спасибо, батеньки, что обратили внимание, Христа ради, на меня, убогого!» Он просто приветствовал их как свой, потому что чувствовал себя своим. И они тоже это признавали.

Угодничество отталкивает. К себе возьмут в друзья только равного. Поэтому и надо быть слугой лишь самому себе. Этот концентрированный кусочек психологии и олицетворял тот грозный малыш. Маленький ты человечек. Каким же ты был в тот момент большим...

Нелли Верховская Психолог, кандидат психологических наук Больше о нестандартных отношениях смотрите на моём YouTube-канале